Once upon in Юрмала [Конкурс]

Давным-давно мы с подругой поехали отдыхать вдвоем в Прибалтику. Устроила пансионат тетя Эля, знакомая родителей моей подруги. Она там директором работала. Отличные номера, отлично отдыхали - целыми днями мы загорали-купались, ели-пили и еще играли в теннис. Однажды тетя Эля позвала нас на день рождения ее дочери. Там собралось много народу. Среди присутствующих был еще ее сын Виталик со своей женой.


За столом все весело общались, были бодры, веселы и очень милы. Зашел разговор о замужестве, типа о семьях. Известная тема – обязателен ли штамп в паспорте. Тетя Эля выступила неожиданно: «Главное, - говорит, - любовь, а расписываться необязательно». На что супружница ее сына воскликнула: «Нееет! Штамп нужен. Если штамп стоит – значит, мое!» И в подтвеждение слов она вытащила свой паспорт и постучала по нему пальцем. Тетя Эля презрительно усмехнулась, помню. Я тогда подумала – что-то не очень, наверно, у них отношения. Так и оказалось, подвыпив, тетя Эля стала рассказывать, как ей не повезло с невесткой. Ну… это ж знакомая история.


Потом все хорошенько напились и пошли, естественно, в баню. Баня была сложно как-то устроена. Помню, сидели мы с девчонками отдельно, а мальчики отдельно. Не потому, что стеснялись – просто была видимо потребность разойтись по интересам, типа мужчинам нужно было поговорить о бабах, а женщинам – о мужиках. Бассейн на улице. Вот напарились мы и решили голышом бежать в бассейн. Парни были предупреждены (не мной) - сидеть в своей каптерке и не высовываться.


На улице было уже прохладно, в бассейне вода холодная. Побежали все из парилки. А я что-то замешкалась – думаю, может не надо? Девчонки орали, то ли от страха, то ли от предвкушения, то ли пьяные были - весело, я подумала и решила – надо. Схватила полотенце, чтобы после бассейна завернуться, открыла дверь, набрала побольше воздуха в легкие, и тоже побежала с криком «ААААААА!» А там коридорчик был и две двери, кроме той, где мы сидели. Одна из них вела к бассейну, а другая – не знаю куда. Я еще не успела как следует в этой бане разобраться, да и быстро надо бежать, чтобы не остыть - думать некогда совсем. И рванула я дверь, да не ту.


За ней не было бассейна, зато стоял стол, вокруг которого сидели «патриции, пили вино и вели философские неспешные беседы». Это была комната мальчиков. Картина маслом – я ворвалась к ним, полная решимости-храбрости, и голая (полотенце я держала в руках). Надо было видеть их лица. Ммм - это был мой "звездный час". Стало так тихо. Умолкнув на полукрике, я замерла на секунду… Очень хорошо помню свои ощущения – на коже встали мурашки, на груди соски, поэтому я наверно механически прикрыла грудь, а не самое сокровенное… А может не поэтому… Может подсознательно… но сейчас не об этом.


Вообще это были секунды - я быстро сообразила, что надо ноги делоть пабырому, сказала: «Ой, не туда» и быстро исчезла, мелькнув напоследок голой попой. Патриции опомнились, и стали кричать «Туда! Туда!». А я с надеждой подумала – вдруг они не успели рассмотреть, кто это, голые-то женщины вобщем-то похожи друг на друга…


А вода в бассейне оказалась не достаточно холодной. После моего «забега не туда» я горела сильнее, чем после парилки. Ничего не чувствовала, кроме того, что немного протрезвела. Потом сидели с девчонками, общались немного, и спать потянуло. Поплелась я в номер – думаю, вот почему у меня все ни как у людей. Ну ладно – я ведь их больше не увижу – завтра все сваливают – гости-то приезжие из города, не отдыхающие. Так что – спать. Только вот ключ не могу найти от своего номера.


Пошла туда, где пили до бани, там мало народу было, помню, сидела жена-сына-тети-Эли, она в баню не ходила, и две девочки лет по 15, племянницы или кто-то из родственников. Слышу, она их жизни учит авторитетно. «Главное в мужчине – это его деньги, и задача настоящей женщины – выудить их у него!»


«Даааа, понимаю, тетю Элю» - подумала я. Вижу, на столе ключ лежит. Ааа, вот он мой ключик «серый в елочку», схватила, поболтала немного с барменом, рассказала ему про свой позор, я ему часто душу изливала, он гей был, накатила для сна, да и пошла восвояси. Подхожу к своей двери, вставляю ключ, а он не открывает. Он у меня заедал иногда, поэтому я не удивилась и продолжала попытки. Минут 5 ковырялась и вдруг дверь моя открывается изнутри сама.


Опа! В голове первая мысль – я рвалась не в тот номер – видимо, сегодня у меня судьба такая – не в те двери залетать. Но что это – дверь открылась, и на пороге стоит Виталик-сын-тети-Эли.


Фигасе. «А Вы что тут делаете?» - «А я вот решил тут переночевать». «Да Вы что?» Ну и дальше там: «Какая Вы растакая, я как увидел, а потом еще в бане, вобщем –посетило светлое и высокое и жить просто никак теперь». Парень симпатичный, и, чего уж там говорить, мне лестно. Но как?… Сомнения меня гнетут. Я говорю: «Ладно, Вы тут давайте спите, а я пойду - ключи верну не свои, и пойду к подруге ночевать». А он мне: «Не смогу уснуть без тебя». А я ему: «Лалала, что за манеры!». Вобщем, ушла я гордо, отнесла ключи и пошла к подруге.


А у нее кровать односпальная, и она мне говорит: «Иди, подружка, к нему – Виталик весь вечер мне жужжал, как ты ему понравилась, а жена у него стерва, он вообще с ней хочет разводиться. Иди, - говорит, - не то счастье свое прозеваешь». А она старше меня на 6 лет. А мне только 22. Вот так вершилась моя судьба.


Вернулась я к голубю. А у него там бутылочка, закусочка. Сели мы с ним за жизнь разговаривать. И так он меня обаял, а потом опять про любовь с первого взгляда, и про то, как голову снесло и член встал, когда я к ним голая залетела, как стащил ключ от моей комнаты и засел в засаде и в сладостном предвкушении. Я девушка слабая и сейчас, а тогда – совсем была наивна - не выдержала. И еще в голове моей ее слова: «Главное в мужчине – это его деньги, и задача настоящей женщины – выудить их у него!» Бросились мы с ним на кровать в экстазе. Я тебе покажу настоящую женщину – у меня папа есть и брат родный! За мужиков, за родину!….


Блииин. Какой Виталик сладкий вьюнош был, и какой «влюбленный», губы толстенькие вкусные, руки нежные, пальцы нахальные… И как он меня трахал – медленно, с оттяжечкой, осознанно доводя меня до животного чувства…
«Виталик!... застонала я. «Витааалииик! – вдруг раздалось из коридора совсем рядом. Его жена, она, видимо, искала «свое», то, что по паспорту.
Тут, подозреваю, забьют меня ногами, запинают, плюнут в рожью бесстыжью, знаю! Но это был экстрим для меня, совсем еще юной девушки, потому и пишу тут откровенно. А ему, хоть бы что, он даже не остановился, не вздрогнул, а я так и не кончила… не смогла расслабиться.


Потом я тихо вышла из номера и перебежала к подруге под бочок. Выспалась кое-как. Утром выходим мы с ней вместе из ее номера, а нам навстречу жена Виталикова: «Ой, прости моего пьяного мужа, что он тебя из номера попер, прости за неудобства, вот уж я ему! Спасибо тебе большое!» Я говорю: «Да вот не стоит совсем благодарности». Ну и уехали они, значит.


А вечером приходит ко мне тетя Эля. Говорит – серьезный разговор. «Мне Виталик все рассказал. Говорит – любит тебя. Я очень тебя прошу, ты уж ему не отказывай. Ты хорошая, а она – всю жизь ему испоганила. Он с ней все равно разведется, а я тебя в невестках хочу видеть». Ничего себе, поворотец – я отдыхать приехала, а тут мне сразу невесткою быть предлагают. А мне, на минуточку, 22 всего. Осторожно так отвечаю: «Тетя Эля, мне Виталик тоже нравится, но я его не знаю совсем, да и не развелся он пока. Так это, куда ж вы гоните, тетя Эля?»
«Ничего, - говорит,- не сразу конечно, главное, скажи – согласная ты или нет?». И добавляет грустно: «Она у него еврейка, и ты вот тоже – ничего не поделаешь, видно любит он таких». «О, -думаю,- «свекровь» - то что надо…».


Виталик приезжал потом каждый день, иногда с женой – это был всегда экстрим, как, проходя мимо меня, он украдкой пожимал мне руку или задницу, или проводил по груди, когда она отворачивалась. Как, прогуливаясь, мы незаметно отставали и заруливали в укромные места, правда, мы не занимались любовью, только он мне под одежду залезал и шептал на ухо жаррркие речи.


Потом он в Москву приезжал, я порвала со своим парнем, он развелся… Но не поженились мы, а Виталик был, правда, очень хороший, где-та он теперь, как там тетя Эля, счастлива ли она?