Я слегка отталкиваю ее и вслепую одной рукой опускаю крышку унитаза. В темноте меня немного пошатывает от выпитой водки. Не очень уверенно, сажусь. Глаза понемногу привыкают к темноте. Смутно различаю силуэт ее бедер на уровне моего подбородка. Обхватив ее за попу, притягиваю к себе, вдыхаю запах юбки, начинаю целовать живот, обнажившийся под наполовину расстегнувшейся блузкой.

Английский пролетел стремительно быстро, а на следующей паре я подарил ей свой первый поцелуй. О, эти губы... Такие мягкие нежные чуть-чуть пухлые, самую капельку, чувственные до безобразия! В перерыве мы отправились что-то искать, опять же что-то связанное с предметом, но я горел от желания и она, уверен, тоже.

Он был деликатен, не настаивал, только за руку держал. Но последний час перед уходом заговорил о сексе и о своем к нему отношении. Моими словами. И даже больше - я себя почувствовала зажатой, закомплексованной неумехой. Проводил до дома, а я всю ночь уснуть не могла - завел меня так, что я три раза кончила, не от удовлетворенности как раньше, а открывая себе свое тело.

Я взял её руку и приложил к своим брюкам , в том месте, где дыбился мой несгибаемый друг. Только ей присущим движением Маринка провела по брюкам, слегка сжав ладошку и показав свою удовлетворенность моей готовностью. Я приподнял её тунику и убедился, что никакой больше одежды под ней нет.

Как твои дела, бабушка? Бабушка, а почему у тебя такие большие зубы? Ты, наверное, любишь грызть орешки. Бабушка, а почему у тебя такие большие уши? Ты, наверное, любишь подслушивать за соседями, за молодой парой, да? А почему у тебя такие большие и не по-женски волосатые руки, грудь и живот… Ой, а это что такое? У бабушек такого не бывает… Какой большой, твердый, горячий…